Манифесты

[Radioriparatore]

Тимоти Мэй «Манифест криптоанархиста»

Призрак бродит по современному миру, призрак криптоанархии. Компьютерные технологии стоят на пороге того, чтобы дать возможность отдельным людям и группам общаться и взаимодействовать абсолютно анонимно. Два человека смогут обмениваться сообщениями, заниматься бизнесом, заключать электронные контракты, не имея возможности установить Подлинные Имена, личности друг друга. Взаимодействия в сети невозможно будет отследить из-за многократных изменений маршрутов зашифрованных пакетов и предупреждающих от несанкционированного вмешательства блоков, которые наделяют криптографические протоколы практически идеальной защитой. Репутация будет иметь первостепенную важность при заключении сделок, гораздо большую, чем сейчас имеет оценка кредитоспособности. Эти нововведения полностью изменят характер государственного регулирования, возможность взимать налоги и контролировать отношения в экономике, возможность хранить информацию в секрете; изменят свою сущность даже понятия доверия и репутации.

Технология для такой революции, - а революция эта определенно будет и социальной, и экономической, - теоретически разработана в прошлом десятилетии. Ее методы основаны на использовании открытых ключей, систем аутентификации на основе минимальных данных и разнообразных программных протоколов предназначенных для взаимодействия, аутентификации и верификации. До сегодняшнего дня в центре внимания были академические конференции в Европе и США, конференции, за которыми пристально наблюдало Агентство национальной безопасности. Но лишь недавно компьютерные сети и персональные компьютеры приобрели быстродействие, достаточное для практической реализации этих идей. И в следующее десятилетие быстродействие возрастет еще более, для того чтобы сделать эти идеи экономически осуществимыми и необратимыми. Это обеспечат технологии, сейчас находящиеся на стадии разработки: высокоскоростные сети, ISDN, защитные блоки, смарт-карты, спутники, передатчики, работающие в Кu-диапазоне, персональные компьютеры, производящие несколько триллионов операций в секунду, шифрующие чипы и многое другое.

Государство, очевидно, боясь социальной дезинтеграции, попытается замедлить или приостановить распространение таких технологий, ссылаясь на соображения национальной безопасности, использование этих технологий наркоторговцами и неплательщиками налогов. Любое из этих соображений будет обоснованным: криптоанархия позволит свободно торговать национальными секретами, а также незаконными препаратами и краденым. Анонимный компьютеризированный рынок сделает возможным даже создание отвратительного рынка заказных убийств и вымогательств. Криминальные элементы и иностранцы станут активными пользователями CryptoNet'a. Но это не остановит криптоанархию.

Точно так же, как технология книгопечатания изменила социальный строй и уменьшила могущество средневековых гильдий, криптографические методы принципиально изменят корпорации и роль государства в экономических транзакциях. В сочетании с возникающими рынками информации криптоанархия создаст ликвидный рынок любых материалов, которые можно представить в виде слов или изображений. Подобно кажущемуся второстепенным изобретению колючей проволоки, позволившей огораживать огромные ранчо и фермы и тем самым навсегда изменившей представления о земле и правах собственности в западных штатах, "второстепенное" открытие "темной стороны" математики стало кусачками, разрезающими колючую проволоку вокруг интеллектуальной собственности.

К восстанию, ибо вам нечего терять, кроме этих изгородей из колючей проволоки!

[Radioriparatore]

Эрик Хьюз «Манифест шифропанка»

Приватность необходима открытому обществу цифрового века. Приватность и секретность не одно и то же. Частное дело — это то, о чем, по мнению человека, всему миру знать не нужно, о секретном же деле не должен знать вообще никто. Приватность — это возможность выбирать, какую информацию о себе открыть миру.

Если две стороны заключают сделку, у каждой из них остаются воспоминания, о которых она впоследствии может рассказать. Разве кто-то способен этому помешать? Можно было бы принять запрещающий это закон, однако свобода слова еще более важна для открытого общества, чем приватность. Мы не пытаемся добиться ограничения свободы слова. Если на одном форуме в дискуссии участвует множество людей, каждый из них может обращаться к остальным и обобщать сведения о некоторых лицах или других участниках. Электронные коммуникации сделали такие дискуссии возможными, и они никуда не исчезнут только потому, что нам этого хочется.

Если нам необходима приватность, мы должны позаботиться о том, чтобы все участники транзакции располагали только той информацией, которая требуется для совершения сделки. Поскольку любая информация может быть передана, мы должны постараться рассказать о себе настолько мало, насколько это возможно. В большинстве случаев личность человека не очевидна. Когда я, покупая в магазине журнал, отдаю деньги продавцу, ему нет необходимости знать кто я. Когда я договариваюсь с провайдером об отсылке и получении электронной почты, ему не нужно знать, кому я посылаю сообщения, что я пишу, и что мне отвечают; ему нужно знать только, как их доставить и сколько я должен за это платить. Если механизмы транзакции таковы, что моя личность непременно раскрывается, значит, приватности у меня нет. У меня нет возможности выбирать, раскрывать свою личность или нет; я всегда должен это делать.

Приватность в открытом обществе, таким образом, подразумевает наличие системы анонимных транзакций. До настоящего времени наличные деньги оставались основой такой системой. Система анонимных транзакций — это не система секретных транзакций, система, дающая человеку возможность раскрывать свою личность только тогда, когда он сам этого захочет. Вот в чем суть приватности. Приватность в открытом обществе требует использовать криптографию. Если я что-то говорю, то хочу, чтобы это слышали те люди, к которым я обращаюсь. Если мои слова доступны всему миру, приватности у меня нет. Использование шифрования указывает на стремление к приватности, использование для шифрования слабой криптографии говорит о том, что это стремление не слишком велико. Кроме того, если сообщение послано анонимно, и вы хотите иметь гарантию, что ваша личность будет раскрыта только получателю, необходимо использовать криптографическую подпись.

Не приходится рассчитывать на то, что государство, корпорации или другие крупные безликие организации добровольно предоставят нам приватность. Им выгодно разглашать информацию о нас; и мы должны быть к этому готовы. Пытаться заставить их молчать — значит бороться с существующей информационной реальностью. Информация не просто хочет быть свободной — ей это необходимо. Информация занимает весь предоставленный ей объем. Информация — это младшая, но более сильная сестра Молвы: она быстрее, у нее больше глаз, она больше знает, но понимает меньше, чем Молва. Если мы рассчитываем на приватность, то должны сами ее защищать. Мы должны объединиться и создать системы, которые позволят осуществление анонимных транзакций. Люди веками пытались добиться приватности, используя шепот, темноту, конверты, закрытые двери и курьеров. Однако эти методы не могли обеспечить полной приватности, а вот электронные технологии могут.

Мы, шифропанки, призваны создать анонимные системы. Мы защищаем свою приватность с помощью криптографии, анонимных систем переадресации электронной почты, цифровых подписей и электронных денег.

Шифропанки пишут программы. Мы знаем, что кто-то должен писать программы для защиты приватности, а поскольку мы не сможем добиться приватности, пока ее не получат все, мы напишем такие программы. Мы публикуем код программ, чтобы наши единомышленники могли попрактиковаться и поработать над ним. Он доступен любому в любой точке планеты. И нам нет дела, что кто-то не одобряет наши программы. Мы уверены, что их невозможно уничтожить и что работу над распространившейся по всему миру системой нельзя остановить.

Шифропанки протестуют против ограничения использования криптографии, поскольку шифрование — основной способ защиты приватности. Шифрование, в сущности, делает информацию недоступной широкой общественности. Законы, запрещающие использование криптографии, бессильны за пределами границ конкретного государства. Криптография неизбежно распространится по всему миру, а вместе с ней и системы анонимных транзакций, существование которых она делает возможным.

Широкое распространение приватности требует, чтобы она стала частью общественного договора. Люди должны объединиться и использовать эти системы ради общего блага. Приватность будет поддерживаться только в том случае, если все члены общества объединятся для этого. Мы, шифропанки, готовы выслушать ваши вопросы и предложения, и надеемся, что вы присоединитесь к нам и поможете осуществить наши планы. Однако мы не отклонимся от нашего курса только потому, что кому-то не по душе цели, которые мы преследуем.

Мы, шифропанки, активно работаем, чтобы достичь приватности в сетях. Давайте же продолжим наше дело вместе. Вперед.

[UNKNOWN]

Манифест Пиратской партии РФ 3.0 (Манифест был принят 11 сентября 2011 г. на II всероссийском съезде Пиратской партии России).

Похищенная демократия Представительная демократия всегда была подменой демократии прямой — афинской агоры, народного вече. Вопросы, от которых зависит жизнь страны, слишком важны и каждый гражданин должен сам принимать участие в их решении.

Неудивительно, что представительная демократия полностью дискредитировала себя: граждане оказались отсечены от подлинного управления страной, демократические процедуры превратились в ширму для казнокрадства властей.

Это очевидно каждому.


Электронная демократия возможна, а потому необходима

Сегодня прямая демократия стала вновь возможна: существуют технические средства, способные обеспечить прямое участие каждого гражданина в управлении страной. Это непрерывный всенародный референдум, это система электронной демократии, основанная на принципах прямого коллективного принятия решений.

На этих принципах построен Интернет — и каждому ясно, насколько в нём больше смысла, чем в пустой риторике, на которой держится сегодня власть.

Представительная демократия, как подмена демократии прямой, могла существовать только до тех пор, пока прямое участие каждого гражданина в принятии решений было невозможным. Как только такая возможность появилась, не осталось ни одной причины для сохранения представительной демократии.

Электронная демократия — это следующий шаг по пути общественного прогресса.


Мёртвый хватает живого

Власть должна принадлежать народу, а не государству. Государство — всего лишь аппарат для осуществления народной воли. Однако существующий государственный аппарат узурпировал власть для того, чтобы безнаказанно совершать преступления под защитой чинов и привилегий.

Именно из страха потерять незаконно присвоенную власть, государство стремится ограничить развитие прямой электронной демократии. Оно использует отжившие законодательные инструменты для того, чтобы остановить развитие нового мира.

Открытые данные о работе государственного аппарата — основное условие участия каждого гражданина в жизни страны. Нет никаких оправданий для того, чтобы искусственно ограничивать контроль граждан за действиями чиновников. Пиратская партия требует полной прозрачности действий властей.

Свободный информационный обмен — это основное условие общественного прогресса: именно свободный доступ к информации обеспечивает развитие каждого человека и общества в целом. Сегодня институт авторского права превращён в инструмент извлечения сверхприбылей, инструмент, который работает не в интересах культурного развития общества и даже не в интересах авторов — но в интересах посредников-правообладателей. Пиратская партия требует свободного некоммерческого распространения информации.

Неприкосновенность частной жизни. Государство использует доступ к персональным данным для того, чтобы контролировать и запугивать людей, ограничивать их инициативу в управлении собственной страной. Пиратская партия требует безусловной неприкосновенности частной жизни.

Прозрачность информации о работе государственного аппарата, свободный информационный обмен и свобода личности — это основы прямой демократии. Именно поэтому борьба за эти свободы — задача Пиратской партии.


Электронная демократия возможна, а потому неизбежна

Власти каждый день доказывают свою всё возрастающую неэффективность. Люди всё чаще берут решение конкретных вопросов в свои руки. Интернет воспитывает в нас привычку лично участвовать в принятии решений. Раз все мы можем управлять страной, мы должны и будем ею управлять. Вместе мы справимся с этим гораздо лучше, чем кучка ограниченных и коррумпированных людей, случайно оказавшихся у власти. Пиратская партия требует вернуть всю полноту власти народу — через систему прямой электронной демократии.